– Лерочка, только себя в Цезаре не считай. Тебе все равно некогда будет есть.
Я перестала записывать продукты. Галина Сергеевна произнесла это настолько спокойно, что первые несколько секунд я пыталась понять, не ослышалась ли.
– Почему мне будет некогда есть?
– Так тридцать пять гостей, сама понимаешь. Пока горячее подашь, пока тарелочки поменяешь, там уже и торт пора выносить.
– Подождите. А почему горячее должна подавать я?
В трубке возникла короткая пауза.
– Господи, Лера, ну кто-то же должен помочь. Ты ведь сама столько лет переживала, что я тебя на семейные праздники не приглашаю.
Вот с этим спорить было трудно. Потому что девять лет я действительно ждала приглашения в семью, частью которой официально являлась.
Раз в месяц Галина Сергеевна устраивала дома чаепития со старым самоваром. Приходили ее сестры, племянники, троюродные тетки, соседи и какие-то родственники, которых мой муж Артем иногда даже не узнавал.
Меня не приглашали никогда. Зато Артем ездил регулярно и каждый раз возвращался довольный.
– Представляешь, сегодня тетя Зоя приезжала. Я ее лет пятнадцать не видел.
– А меня твоя мама видела позавчера. Но почему-то решила, что за одним столом со всеми я лишняя.
– Лер, ты же не любишь такие сборища.
– Я тебе это когда-нибудь говорила?
Артем задумался.
– Ну мама говорила.
И почему-то тогда мне этого ответа хватило.
Так продолжалось годами. На Новый год Артем ехал к матери с нашим сыном, на Пасху их звали на дачу, летом устраивали семейные шашлыки.
Когда я однажды напрямую спросила Галину Сергеевну, почему она меня не зовет, та даже изобразила удивление.
– Лера, ты постоянно занята. То работа, то маникюр, то еще что-нибудь.
– Можно сначала пригласить, а потом я сама решу, занята или нет.
– Ну хорошо, хорошо. В следующий раз обязательно.
Следующего раза не случилось. Зато на ее шестидесятилетие мне неожиданно позвонили первой.
– Приходите всей семьей. И ты обязательно, Лерочка.
Я настолько обрадовалась, что сама настояла на дорогом подарке.
В ювелирном магазине Артем долго смотрел на ценник серег с изумрудами.
– Может, что-нибудь поскромнее?
– Шестьдесят лет один раз бывает.
– Мы потом месяц будем экономить.
– Это твоя мама. Не каждый день такие даты.
Он согласился. А через несколько дней Галина Сергеевна позвонила со списком салатов.
Оливье, винегрет, морковь с чесноком, свекла с черносливом. Потом вспомнила про Цезарь.
– Его лучше порционно, – сказала я.
– Прекрасно. Сделаешь тридцать пять порций.
– А тридцать шестая?
– Какая?
– Моя.
Свекровь рассмеялась.
– Ой, Лера, тебе там точно не до Цезаря будет.
Ради ее юбилея я взяла день за свой счет. Когда Артем увидел на кухне гору продуктов, он наконец спросил, зачем столько.
– Твоя мама заказала.
– Ну помоги ей. Что такого?
– А Инна что готовит?
– Не знаю.
– Тетя Зоя?
– Не знаю.
– Кто-нибудь еще?
Артем нахмурился.
– Ты же хотела, чтобы мама тебя принимала как родную.
Я положила нож.
– Интересная у вас семья. Чтобы стать родной, сначала надо пройти испытание тазиком оливье.
Он усмехнулся, но мне было не смешно. Особенно когда выяснилось, что продукты Галина Сергеевна тоже покупать не собиралась.
– Потом разберемся, – сказала она по телефону. – Не будем перед праздником мелочиться.
Чек из магазина на восемь с лишним тысяч рублей остался лежать у меня в сумке.
В субботу я приехала без десяти одиннадцать. Галина Сергеевна встретила меня уже нарядная, с укладкой и макияжем.
– Ну наконец-то! Я уже волноваться начала.
– Мы договаривались на одиннадцать.
– Пока все разложишь, пока украсишь. Давай быстрее.
В гостиной стояли два длинных стола. Перед каждой тарелкой лежала карточка с именем.
– Я решила всех рассадить, чтобы никто не переругался, – объяснила свекровь. – Нину нельзя рядом с Верой, а дядю Мишу лучше подальше от сестры его жены.
Я пошла вдоль стола, улыбаясь. Потом прошла еще раз.
Моего имени не было.
Зато рядом с карточкой «Артем» лежала другая.
«Эльвира».
– Это та самая Эля?
Галина Сергеевна сделала вид, что не понимает.
– Какая?
– Которая встречалась с Артемом до меня.
– Господи, сколько лет прошло.
– Он говорил, что она до сих пор с ним флиртует.
– Значит, твой муж еще пользуется успехом. Радоваться надо.
Я посмотрела на свекровь.
– А где сижу я?
– Лерочка, не начинай.
– Я просто спрашиваю, где мое место.
Она вздохнула и повела меня на кухню.
Там на стуле лежал белый фартук.
– Ты сначала поможешь, а потом посмотрим. Может, кто-нибудь раньше уйдет.
– То есть мне даже стул за столом не предусмотрели?
– Ну зачем драматизировать? Ты же хозяйка, а не чужой человек.
Формулировка была почти гениальной. Когда меня не приглашали – я была недостаточно своей, а когда понадобилось обслуживать тридцать пять человек – внезапно стала хозяйкой.
– А кто должен подавать горячее?
– Ну мы с тобой.
– Мы?
– Конечно.
Но через двадцать минут приехали первые гости, и я увидела, насколько серьезно Галина Сергеевна собиралась мне помогать. Она принимала цветы, фотографировалась и рассказывала всем, как устала готовиться к празднику.
На кухне осталась только я.
Через два часа у меня болели ноги. Я носила блюда, меняла тарелки, резала хлеб, собирала грязные приборы и несколько раз слышала:
– Лерочка, там салат закончился.
– Лера, принеси салфетки.
– Лер, посмотри горячее.
Артем сидел рядом с Эльвирой. Она несколько раз наклонялась к нему, смеялась и что-то показывала в телефоне.
В какой-то момент она поймала мой взгляд.
Через пять минут Эльвира неожиданно появилась на кухне.
– Тебе помочь?
– Нет, спасибо.
– Я серьезно.
– И я серьезно.
Она несколько секунд молчала.
– Ты думаешь, я сама попросилась рядом с Артемом?
Я перестала вытирать тарелку.
– А разве нет?
– Меня Галина Сергеевна вчера три раза пересаживала по телефону. Сказала, что хочет посадить именно рядом с ним.
Я посмотрела на Эльвиру, пытаясь понять, зачем она мне это рассказывает.
– И еще она сказала, что ты на празднике не останешься.
– В смысле?
– Что ты поможешь на кухне и, скорее всего, уедешь. Я поэтому удивилась, когда тебя увидела.
У меня похолодели пальцы.
– Она сказала это вчера?
– Да.
Значит, никакой случайности не было. Еще до моего приезда свекровь знала, что места за столом мне не будет.
В этот момент на кухню вошла Галина Сергеевна.
– Эля, ты чего здесь? Артем один сидит.
Эльвира медленно повернулась.
– Он женатый мужчина, Галина Сергеевна. Думаю, несколько минут один как-нибудь переживет.
Свекровь побледнела.
После этого я уже не могла делать вид, что ничего не происходит. Но самое интересное ждало меня через несколько минут.
На кухонном подоконнике лежал блокнот Галины Сергеевны. Из него выпал сложенный лист.
Я подняла его, собираясь положить обратно, и увидела сверху название кейтеринговой компании.
«Обслуживание банкета. Два официанта».
Ниже ручкой было написано: «Отмена заказа».
Рядом стояла дата.
За три дня до того самого звонка, когда свекровь впервые попросила меня приготовить салаты.
– Артем, иди сюда.
Он пришел раздраженный.
– Что случилось?
Я протянула ему лист.
– Прочитай.
Он пробежал глазами и сначала ничего не понял.
– И что?
– Твоя мама заказывала двух официантов. А потом отменила.
– Может, дорого.
– Конечно дорого. Бесплатная жена сына гораздо выгоднее.
В дверях появилась Галина Сергеевна.
– Ты зачем роешься в моих вещах?
– Он выпал.
Она выхватила лист.
– И что теперь? Да, отказалась. Пятнадцать тысяч за несколько часов работы! Совсем уже с ума посходили.
– Поэтому решили поставить вместо двух официантов меня?
– Не вместо! – Голос у нее сорвался. – Я попросила помочь.
– Мам, у нее даже места нет, – тихо сказал Артем.
За столом постепенно стихали разговоры. Несколько гостей уже откровенно прислушивались.
– Не смей устраивать мне скандал на юбилее, – прошипела свекровь.
– Никто скандал не устраивает.
Я развязала фартук.
– Я просто закончила работать.
– Лера!
– Что?
– Люди сидят без горячего.
И тут из гостиной раздался голос Эльвиры:
– Так, может, те пятнадцать тысяч все-таки стоило заплатить?
Кто-то нервно кашлянул. Тетя Нина демонстративно уткнулась в тарелку.
Я впервые за весь день улыбнулась.
Я принесла из спальни свободный стул и поставила его рядом с Артемом.
– Что ты делаешь? – спросила свекровь.
– Сажусь на юбилее, куда меня пригласили.
– Здесь проход.
– Тогда Артем подвинется.
Он молча передвинул свой стул. Эльвира взяла карточку со своим именем и пересела на другой конец стола.
– Мне там интереснее, – сказала она.
Галина Сергеевна смотрела на нас несколько секунд. Потом развернулась и сама пошла за горячим.
В тот вечер я больше не подняла ни одной тарелки.
Когда гости разошлись, на кухне осталась гора посуды. Галина Сергеевна устало посмотрела на нее, а потом на меня.
– Хотя бы посудомойку загрузишь?
– Нет.
– Даже матери мужа помочь не можешь?
– Сегодня я уже достаточно помогла.
Она усмехнулась.
– А я ведь специально тебя позвала, чтобы наконец почувствовала себя частью семьи.
Я посмотрела на нее.
– Нет. Вы позвали меня, когда поняли, что я дешевле двух официантов.
Артем стоял рядом и молчал.
И вот это молчание вдруг задело меня сильнее всего.
В машине он наконец заговорил.
– Мама, конечно, переборщила.
– Переборщила?
– Ну да. Я поговорю с ней.
– Артем, она девять лет не приглашала меня на ваши семейные праздники.
– Я знаю.
– Нет. Ты не просто знаешь. Ты девять лет ездил туда без меня.
Он крепче взялся за руль.
– И что ты хочешь сейчас услышать?
– Почему тебя это устраивало?
– Я не хотел конфликтовать с матерью.
Вот тогда все наконец встало на свои места.
Я столько лет пыталась понять, почему свекровь меня не принимает. Искала причину в себе, старалась быть вежливее, покупала хорошие подарки, проглатывала обиды.
А рядом сидел человек, который мог еще девять лет назад сказать матери одну простую фразу: «Если моя жена не приглашена, я тоже не приду».
Но он ее не сказал.
– Знаешь, что самое неприятное? – спросила я.
– Что?
– Сегодня твоя мать впервые показала мне мое место в вашей семье честно. На кухне.
– Лера, хватит.
– А ты девять лет делал вид, что этого места вообще нет.
Через месяц Галина Сергеевна снова позвонила. Приближался день рождения свекра.
– Лерочка, в субботу собираемся. Николай будет рад тебя видеть.
– Спасибо.
– Только приезжай часа в два. Надо кое-что приготовить, потом стол накрыть.
Я даже не удивилась.
– Галина Сергеевна, а место за столом для меня будет?
Пауза длилась несколько секунд.
– Ну опять ты за свое.
– Будет?
– Лера, нормальные люди в семье такими вещами не меряются.
– Тогда я не приеду.
Она бросила трубку.
Артем поехал к родителям один. Я не останавливала его и ничего не требовала.
Вернулся он через два часа и поставил на стол пакет с пирогом.
– Мама сказала, что ты демонстративно отдаляешься от семьи.
– Я девять лет туда приближалась. Хватит.
– Она все равно не понимает, на что ты обиделась.
– А ты понимаешь?
Он не ответил сразу.
И мне этого снова оказалось достаточно.
С Галиной Сергеевной я больше не выясняю отношения. Мы вежливо поздравляем друг друга с праздниками и можем спокойно разговаривать при встрече.
Но теперь я больше не пытаюсь заслужить место за ее столом. Гораздо неприятнее оказалось другое: понять, что девять лет рядом со мной жил мужчина, который видел свободный стул возле себя и ни разу не спросил, почему на нем не сидит его жена.
Так кто в этой истории поступил хуже – свекровь или муж?